«Захотел привлечь внимание к тому, что мы – белорусы». Как Януш пришел к мове

Нападающий – об истории, драках и стремлении говорить на родном языке.

В нынешнем сезоне форвард солигорского «Шахтера» привлекает к себе внимание не только голами. С недавних пор Николай Януш активно популяризирует белорусский язык. На нем нападающий ведет свой Инстаграм, периодически дает послематчевые экспресс-интервью и даже комментирует футбол. О своем увлечении национальной культурой Януш рассказал Андрею Масловскому.

«Валадзько – добры малы, але ж храпіць ноччу». Першы беларускамоўны Instagram спартоўца

О родных Микашевичах и «Граните»

– Сейчас Микашевичи это вроде как город, хотя раньше были обычным рабочим поселком. Населенный пункт заложили после того, как нашли в недрах камень. Все, что надо для жизни, есть: Дом культуры, бассейн, большое предприятие «Гранит», где трудоустроено почти все население.

Я жил в обычной пятиэтажке с мамой и старшим братом. С утра до вечера проводил время на улице, гоняя в футбол или баскетбол. Мы даже с друзьями сами себе оборудовали баскетбольную площадку. Но баскетболистов все же было меньше, чем футболистов.

Одним из главных развлечений местных был футбол. «Гранит» любили, и дни матчей становились настоящим праздником. У мужчин был ритуал: сперва на базар за семечками, а потом на стадион. Несмотря на то, что в команде были в основном приезжие футболисты, ее любили. «Гранит» иногда тренировался на поле моей школы №1. И мы с пацанами бегали туда на переменках и минут 10-15 подавали мячи. Для нас это было настоящим кайфом. Когда я пришел в команду в 2001-м, мы в Микашевичах иногда тренировались.

 

Обидно, что после переезда клуба в Лунинец футбол в Микашевичах умер. Уже больше 10 лет ничего нет. Выросло поколение детей, вообще не знающих, что такое большой футбол. Нет примера перед глазами. Общаюсь с молодыми парнями – племянниками и их друзьями, – они больше мини-футболом интересуются. В городе есть команда, которая постоянно перед глазами. А из большого им интересны только Месси и Роналду.

Интересно, что в Лунинце «Гранит» не считают полностью своей командой. Вот и получается какой-то незаконнорожденный ребенок. Ни там, ни тут.

Об увлечении историей и воспитании

– В школе долгое время был отличником. Моя фотка висела на доске почета. Можно сказать, был примером для других. Девять классов окончил с пятью четверками, а дальше начались сложности. Я уже попал в «Гранит» и времени на учебу не хватало. Четверок стало заметно прибавилось. Больше всего проблем было с точными науками. Пропустишь урок по физике, и на следующем уже ничего не понимаешь. Наверстывать не было времени, так как тренировались по утрам. Распорядок дня тогда был сложный. На первые два урока шел в школу, затем летел на тренировку и возвращался в класс к пятому занятию. Хорошо, что учителя входили в положение.

Историей заинтересовался благодаря директору школы Анатолию Сильвестровичу Орешкевичу, который был учителем истории с 5 по 9 класс. Его уроки были очень интересными. Он, кстати, при выпуске мне сильно помог. Так вышло, что экзамен по истории наслаивался на матч в Рогачеве. Прихожу к нему, объясняю ситуацию. Он выслушал и сказал, чтобы я приходил на экзамен в другой день с другим классом. Прихожу. Учительница смотрит большими глазами: «Чего приперся?» Объясняю, тяну билет. И тут заходит директор: «Я у Януша сам экзамен приму». В итоге поговорили с ним про наше происхождение. Обсуждали «дрыгавічоў», «крывічоў» и «радзімічаў». Вроде бы на пять ответил.

 

Я в истории шарил. Даже на районную олимпиаду ездил. При этом на школьную попал случайно. Хотел прогулять урок и записался. И так вышло, что обошел девочку, которую учительница целенаправленно готовила. Пришлось в Лунинец отправлять меня.

Мама хоть и воспитывала нас с братом одна, но делала это жестко. Растила же двух пацанов. У меня сейчас двое и я представляю, как ей было трудно с нами справляться. Она работала в детском саду с семи утра и до шести вечера. Приходила домой и вместо отдыха занималась нами. Дисциплина была железная. Даже ремнем перепадало. Прививала ответственность за плохие поступки. Совершил что-то – получаешь. Считаю, это хорошо. Мы сейчас своих не бьем, и я иногда не знаю, как их заставить что-то делать. Когда чуть подрос, за мной присматривал старший брат. Расслабиться не давал. Серьезно меня колотил. Мог и фингал поставить.

Рос в 90-е со всеми вытекающими. Драки дом на дом или улица на улицу случались часто. Городок поделен на три района: Хутор, Поселок и Деревню. Это не официальные названия, а народные. Мой Хутор был чуть на отшибе и с Поселком и Деревней не особо пересекался. Поэтому разборки устраивали между собой. Наши три дома – 23, 25 и 27 конфликтовали с длинным 10-подъездным с другой стороны садика.

 

О белорусском языке и книге, с которой все началось

– Перед новым годом Вовка Пирог (журналист газеты «Прессбол» – Tribuna.com) в одном из интервью завел тему белорусского языка. Я ему на мове ответил. Затем на награждении в Солигорске меня подкололи: «Ну, раз говорил тогда, давай и сейчас». И я спонтанно что-то выдал. А на «Звездном мяче» уже Владимир Новицкий подтолкнул – вышло тоже неплохо. А потом подумал: а почему бы не делать так постоянно? И пошла темка. Я захотел привлечь внимание к тому, что мы – белорусы, и что у нас есть свой язык. Я очень завидовал Миколюнасу, который при общении с семьей, не стесняясь, переходил на литовский.

Моя теща из-под Пинска, где разговаривают на смеси украинского, польского, белорусского и русского языков. Там такая солянка! Когда мне было 20, я, слушая ее, думал: «Ну колхоз. Что она говорит вообще?» Сейчас же бегаю за ней и прошу объяснить значение некоторых слов. В общем, подумал, а почему мы не можем говорить на своем языке, и решился попробовать. Я еще не могу говорить свободно на мове, так как ее нет вокруг. Я не слышу ее по телевидению, в магазинах, на улицах. Если раньше на мове шли новости, передачи, спортивные трансляции, то сейчас этого нет. Когда комментировал футбол с Новицким, сказал чистую правду – я вырос на его белорусскоязычных репортажах.

 

Вообще же началось все с интервью Василия Хомутовского, в котором он прорекламировал книгу Вадима Деружинского «Забытая Беларусь». Заинтересовался, купил. Прочитал 20 страниц и уже хотел бросать. Думал, что какой-то оппозиционер пишет, честно. Очень уж критично разбирал слова государственных деятелей. А я не люблю всякие такие политические штуки. Но я упертый и всегда заставляю себя дочитывать книги до конца. Поэтому в коллекции много прочтенных неинтересных книг :).


Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter